Я в разводе и везла сына одна. Про одну бумагу я узнала слишком поздно

Развелись мы, когда сыну было три. Общения нет, алиментов нет, где он живёт, я знаю приблизительно. Семь лет мы прекрасно обходились друг без друга.

Поездку я планировала как подарок себе и сыну: первое настоящее море, отель у пляжа, две недели. Собрала документы, дошла до списка для несовершеннолетних и увидела строку про нотариальное согласие второго родителя.

Первая реакция была: это точно не про меня, я же еду с ребёнком, я мать. Полезла разбираться и обнаружила, что всё сложнее.

По нашим правилам выезда согласие второго родителя не требуется, если ребёнок едет хотя бы с одним из них и второй не подавал заявление о несогласии. Это правда, и на границе меня бы никто не спросил. Но консульство — это не граница. Оно запрашивает согласие в составе визового пакета как подтверждение, что поездка согласована в семье, и требования у него свои.

Дальше была неделя, которую я вспоминаю с тяжёлым чувством. Я искала бывшего мужа через общих знакомых, через его сестру, наконец написала сама. Он согласился сразу и без разговоров, что меня даже удивило. Но нотариус, дорога, потом перевод согласия у аккредитованного переводчика — всё это заняло время, которого уже почти не было.

Заодно я узнала, что в согласии важны детали: перечисляются страны, указывается срок и сопровождающее лицо. Формулировка «во все страны мира» проходит не везде, лучше писать конкретно.

Ещё выяснилось, что у некоторых мам ситуация проще, чем моя, но они об этом не знают. Если отец умер, лишён прав или сведения о нём внесены со слов матери, согласие заменяется соответствующим документом: свидетельством, решением суда, справкой. Его тоже надо перевести, но искать никого не нужно.

Мы успели. На море сын впервые в жизни увидел волны и часа три не выходил из воды.

Единственное, о чём жалею: если бы я открыла список документов на месяц раньше, а не после сбора всего остального, эта неделя поисков прошла бы спокойно и без унижения.